У хлебов



- Господи, прости!.. И то, что есть - слава Создателю! Вон какая нынче благодать!..

Боялся Герасим рассердить Бога роптанием и потому еще искреннее добавил:

- Слава Господу и Царице Небесной!.. Николе угоднику, Батюшке!..

Далеко ушел хлебами Герасим, радуясь своим и чужим хорошим всходам.

По пути набрал целую шапку клубники.

- С молочком для праздничка! - улыбнулся он, бережно держа гостинец для семьи.

Высоко поднялось солнце, когда он вспомнил, что не ел и что теперь, пожалуй, приехала хозяйка.

Пошел обратно и увидел, что солнце вот-вот закроет большая туча.

И почему-то вдруг, точно кто погрозил ему с неба, струсил, растерялся и быстро зашагал к своему становищу.

- Господи, пронеси, Батюшка! - лепетал он всматриваясь в хмурое облако.

Солнце вдруг закрылось, и потемнели поля. Нивы сильнее заколыхались, по ним быстро, погоняя одна другую, побежали волны, заметались, заволновались хлеба, низко припадая к земле.

Герасим бежал во всю прыть и шептал по дороге, захлебываясь от одышки и страха:

- Господи, потерпи грехам нашим... Неужели град?.. Батюшка, Илья-пророк!..

Вспомнив про Илью, он еще больше испугался: "Поленился в церковь-то пойти, пожалел свечку... Вот он и прогневался".

Туча неслась быстро и зловеще белела, неся с собою ужас и холод в сердце Герасима.

- Пронеси, Господи! - уже всхлипывал мужик, подбегая к балагану и не замечая, как из дырявой шапки сыплется клубника...

Рванувшийся вихрь вдруг опрокинул балаган, и Герасим, не видя подъезжавшей с горячим завтраком хозяйки, кричал испуганным ребяткам:

- Молитесь скорее... Просите Господа, чтобы пронес!.. - И первым упал на колени, крестясь и бледнея, и застонал, как больно ушибленный:

- Господи!.. Избавь... Прости! Помилуй!.. Что Ты делаешь?..

Но крик его отчаяния потонул в могучем гуле грянувшего грома, а с неба прилетела и больно ударила его по голове первая льдинка крупного града.