По красному зверю

II

о вот вихрем налетело непрошеное и нежданное...

Будто страшная стена вдруг опустилась с неба и отгородила псе недавнее от теперешнего ~ все, что было вчера, сегодня стало далеким, маловаж.ным и неповторяемым. Нет туда пути-дороги, да и не хочется туда назад" вперед бы надо, вдаль надо бы поглядеть, а впереди стена, она тяжелая и страшная, высокая стена, все загородила, все мысли отняла...

За стеною очутился Вася, а Варвара по сю сторону... И так это скоро, не успели одуматься: опустилась стена сверху, когда она была от него на полшага, отгородила, отняла.

Сперва даже не верила Варвара. Казалось ей - уехал в город за товаром, того и гляди, вернется,

А Виктор Андреич - молодой кумысник-адвокат - уверял все, что это только для испытанья взяли... Подержат с месяц и отпустят. Уверял, уверял, да и сам не утерпел — уехал туда же...

Л вслед за адвокатом вскоре и остальные все кумысники уехали: у кого брата, у кого отца признали.

А как уехали все господа ~ в селе невесть кого и слушать. Все говорят: а никто ничего не знает. В церкви слушают - батюшка вычитывает про одно, а вышли из церкви — про другое говорят. И всяк-то на свой лад.

Одно только понятно:

— И японец, и болгарин, и англичанка, и французинка - все на нашего царя идут. А уж коли сама англичанка поднялась — где тут в месяц совладать со всеми?..

Пошли слухи, будто и Китай поднимается. Па кого он поднимается, еще не известно, только ежели Китай поднимается, будет всемирная война...

— От веков не воевал Китай, и народу в нем столько, сколько на овчинной шубе волосков, а у всех прочих царей - столько, сколько на одном рукаве... Марья Титовна, Варварина свекровка, так. и трясется вся:

— Господи, Господи!.. Где тут думать о Васеньке, ко.чи надо думать о душе своей: последнее время приходит, светопреставление близится...

А слухи все растут. Что ни день, то новые.

Офицеры понаехали, лошадей покупать стали, и деньги по семидесяти рублей выдают... У Севостьяна Рыжку и Гведчика, на котором Васенька верхом ездил, купили. За этих но сто двадцать выдали. Где и денег берут?

Марья Титочна лепечет:

— Слава Тебе, Господи! Видно. еще у нашего царя есть чем потягаться с англичанкою... Может быть, еще и нс одолеет...

— Только вот Китай с японкою... внушительно пугает Калистрат, однорукий

церковный сторож. - Как хлестнет-хлестнет с востока: далеко ли тут. через горы-то рукой подать... Сказано в преданиях: быть концу войны на земле между Бией и Катунью...

- Ох-ох-ох!.. Где уж тут, поди. дожидаться скоро Васеньку! - стонет Марья Титовна.

И Варвара, и Марья Тнтовна, и соседние солдатки, — все каждый день собираются в большущем новом доме, в стряпчей избе; толкуют-толкуют, охают-охают и на разные лады всякое новое слово пересказывают.

Только Марина, хозяйка Семена, служившего у Севостьяна в молоканке вертельшиком, теперь ходит к ним прислуживать и радуется, дура: