От 15 декабря 1916 года

15 декабря 1916 г., Лесистые Карпаты

Дорогой Григорий Николаевич!

Кажется, в начале августа я Вам писал большое письмо1. Не знаю, дошло ли оно до Вас, но ответа я не получил. Боюсь, что не дошло. Вот и теперь собираюсь написать побольше, а кажется, ограничусь несколькими строчками. Вернее дойдет.

Прежде всего искренне, сердечно поздравляю Вас с Праздником Рождества Христова и Новым Годом. Будем надеяться, что в Новом году победоносно окончим войну и утвердим обновленную, благоразумную и трезвую Россию и процветающую, культурную Сибирь, такую, какою она достойна быть давно.

Дорогой Григорий Николаевич! Думаю, что порадую Вас, сказавши, что горжусь здесь на фронте тем, что принадлежу к числу сибиряков! Всегда и везде к сибирякам -- войскам и общественным организациям -- вижу здесь удивительно теплое, благородное и даже восторженное отношение. Об этом в свое время я много напишу и даже думаю прочесть лекцию.

О своих походах я пишу в "Русских Ведомостях"2, в "Киевской мысли"3, частью в Известиях Союза Городов4. Походы совершаем при условиях весьма нелегких. Теперь стоим на вершинах Карпат и раненных возим исключительно вьючными носилками. Для меня, человека горного, алтайского, много привычного.

За последнее время много работал над своею повестью "Чураевы"5, которую месяца через три думаю окончить. Как это ни странно -- часто пишу буквально под грохот орудий. Признаться, в моей однообразной жизни, в землянке, без почты по целым месяцам возня с материалами для повести -- единственное развлечение. Очень соскучился о Томске, о Вас, об Анучиных. Признаться, и устал, и издергал нервы, и порастрепал здоровье. На днях исполнился год непрерывной походной жизни и постоянных метаний из конца в конец.

Мой сердечный привет дорогой Марии Георгиевне и всем, кто помнит меня.

Обнимаю Вас, дорогой Григорий Николаевич, крепко, крепко, желаю Вам здоровья, бодрости и всего лучшего.

В своих мыслях о Сибири с Вами и под Вашим духовным обаянием всегда, ныне и присно и во веки веков.

Ваш весь душою
Георгий Гребенщиков.

Научная библиотека Томского университета. Отдел редких книг. Архив Г.Н. Потанина, связка 115, N 107.

1 По всей вероятности, речь идет о письме от 25 июля 1916 г.

5 В письмах Г. Н. Потанину от 25 июля и 15 декабря 1916 г. отразились колебания Г. Д. Гребенщикова в определении жанра произведения, работа над которым еще не была закончена. Так, в письме от 25 июля, Чураевы названы вначале "романом", а затем "повестью" ("план повести ясен"). В настоящем письме "своею повестью" вписано как исправление словосочетания "своим романом".