Современное распятие

Г. Д. Гребенщиков
Современное распятие
Из цикла очерков "Гонец"

В один большой, с мировой славою город, приехал мировой известный философ и поэт, кажется из Индии или из таинственной северо-монгольской Шамбалы.

Как водится в культурных странах -- к знаменитому поэту прежде всего явилось множество корреспондентов, представителей различных стран и каждый из них спешил задать такой вопрос, на который бы философ затруднился дать ответ.

Но философ отвечал на все вопросы в свою очередь вопросами, и получалось так, что ни один корреспондент не мог ему ответить.

Тогда один, наиболее невежливый, желая сконфузить мудреца, сказал:

-- Чем можете вы доказать, что человека создал Бог, когда доказано наукой, что человек произошел от обезьяны?

Философ улыбнулся и ответил вопросом:

-- Но могла ли обезьяна и ее потомки создать Бога?

Корреспонденты были смущены.

Тогда второй из неучтивых журналистов насмешливо спросил:

-- А знаете ли вы, что в нашей стране произведен опыт скрещивания человека с обезьяной?

-- Да, я слыхал об этом очень прискорбном научном открытии. Но представляете ли вы, какие могут быть последствия от этого открытия?

Все слушавшие промолчали.

Философ продолжал:

-- Когда появятся новые потомки от настоящей обезьяны и так называемого человека -- кто может поручится, что этот новый род не будет более плодовитым и не вытеснит истинный род человеческий? Находите ли вы после этого, что ваша наука и ваша страна прогрессируют?

Никто на это ничего не мог ответить.

И третий неучтивый человек сказал:

-- Чем вы докажете, что существует Бог?

Философ улыбнулся и ответил:

-- Был один доктор-хирург, признававший богом только разум человеческий. Однажды у него на руках умер гениальный человек. Доктор вскрыл мозг гения и не нашел там никаких признаков разума. Можете ли вы сказать, что разума не существует? Снова промолчали вопрошавшие.

Но еще нашелся дерзкий и сказал:

-- Скажите: можете вы именем вашего Бога творить чудеса?

Чудо есть каждое движение былинки, все вас окружающее есть чудо из чудес, и лишь потомство обезьян этого не видит.

Тогда все закричали с возмущением:

-- Вы нас все-таки уподобляете потомству обезьян!

-- Нет, это вы себя уподобляете. Я же считаю вас людьми, достойными божественного понимания.

Но все корреспонденты в шуме собственных протестов не расслышали последних слов философа и в негодовании покинули гостиницу.

На завтра же во всех газетах, во всем мире, появились многочисленные интервью, фельетоны и статьи, полные искажений и нелепых толкований, прибавлений и измышлений о словах поэта.

Некоторые же из самых озорных газет напечатали большими буквами ужасные разоблачения, на которые только способно даровитое сословие журналистов. Там повторялось, что поэт имеет десять незаконных жен (страна в которой он остановился, имела очень целомудренные законы), что у поэта где-то в Азии свиной завод, что он играет на бирже, и не очень чисто в карты, что он был где-то судим за фабрикацию фальшивых денег и, наконец, что поэт этот не настоящий, а самозванец...

Разумеется, если бы не было последнего сенсационного известия о самозванстве, весь мир поголовно должен был бы провалиться в пламень ада немедленно. Так во всем мире до сих пор оставался незапятнанным только именно этот единственный человек. Все остальные из немногих великих людей были разоблачены и опозорены в предыдущие годы. Но мир не провалился именно потому, что в нем все-таки существовало несколько святых людей, а может быть и потому, что на сцену во время явилась полиция. Полиция арестовала поэта, и хотя не нашла за ним ни одного из взведенных на него проступков, все-таки, на всякий случай, водворила его в дом умалишенных.