Проведи время с пользой, сайт: https://g0ld-game.com/ Golden Game казино.

Путь святителя

Г. Д. Гребенщиков
Путь святителя
Из книги "Американская Русь"
Из цикла очерков "Гонец"

Господи, восстанови нас!
Да воссияет лице твое!

Из псалма царя Давида

За последний год в Америке были позваны на Суд Божий шесть Православных архипастырей, причем выходит, что каждая из четырех враждовавших между собою юрисдикций как бы послала своих представителей: архиепископ Аполинарий -- представитель Собора Православных архиереев в Карловцах; митрополит Иоанн Кедровский, представлявший красную "живую" церковь, и, наконец, три архиерея от Старо-американской Православной Русской Церкви: епископ Амфилахий Аляскинский, епископ Павел Чикагский и митрополит Платон, Североамериканский и Канадский.

Не нам гадать о степени возмездия этого грозного Божьего Суда, но глубоко знаменательно, что от Старой Русской Церкви в Америке явятся перед Богом три Святителя, облеченные великим подвигом и скорбными днями нашего смутного времени.

Там Суд будет праведный, и никакие свидетельства, хулы и напраслины никому не помогут.

Наше же дело коснуться лишь земных путей самого небольшого из ушедших -- владыки митрополита Платона, святой памяти которого я и посвящаю этот очерк.

* * *

Сколько событий, картин жизни, живых сцен и бытовых явлений было на великом пути 42-летнего священно служения почившего первосвятителя. Сколько терний, немых монашеских страданий и сомнений, сколько искушений, недовольства подчиненных, зависти отставших, ненависти врагов...

Но много было и улыбок, и забавных приключений. А Америке владыка не любил стеснять приходы своими внезапными посещениями и приезжал, главным образом туда, куда его приглашали.

Много светлых торжеств связано с этими посещениями. Иногда настоятели храмов могут вплести в венок почитавшего немало цветов и лавров радости.

Как-то пригласили его угро-руссы в Филадельфию. Священник русский, из кубанских казаков, отец Алексей Гугнин. Масса народу. Маленький шестилетний попович Алеша в стихаре прислуживает. Ему поручено нести концы архиерейской мантии и сказано: не урони. Алеша не робеет -- взял шелк крепко, а сам в волнении стоит на месте. Владыка двигается в алтарь, а мантия ни с места.

-- Да отпусти же! -- просит митрополит, но Алеша очарован величием владыки и стоит. Владыка тоже стоит. Ни одного движения, ни поворота головы, нарушающего благолепное шествие, и только внятно владыка просит отца Алексея:

-- Да скажите же ему, чтобы отпустил меня.

Отец Алексей в переполохе. Владыка может расстроиться. Прихожане у него приметливые, строгие. Матушка обед готовит, еще от обеда откажется. Что прихожане скажут?..

Но служба проходит торжественно. Владыка при выходе поручает Алеше держать жезл. Алеша держит жезл у Царских Врат не шелохнувшись. И о, чудо! Владыка после службы провозглашает отца Алексея протоиреем и утверждает это возгласом:

-- Аксиос!

Маленькому Алеше это слово особенно нравится. Он выбегает из церкви первым и вступает в борьбу с девочкой-сверстницей, уронил ее против своего дома и победоносно кричит:

-- Аксиос!

А в это время как раз владыка с отцом Алексеем с церковной паперти спускается и, видя эту сцену и слыша слова мальчика, качает головой:

-- Что значит казачий сын! И "аксиос" у него карательный.

* * *

За обедом владыка растрогался, но в голосе -- суровость:

-- Вот протоиерейство-то я вам дал, а с епархиальным советом у меня будет недоразумение. Они мне всегда возражают.

Отец Алексей опять в тревоге: неужели думает разжаловать? А владыка продолжает:

-- Скажут: на целых семь лет я опоздал с наградой-то. Пусть вот протодиакон скажет, что я неправду говорю...

Да и то сказать: вот за пять лет такого обеда, как матушка сегодня приготовила, я, кажется, и не видал...

Хорошо, что до обеда наградил, а то сказали бы, что за обед меня купили...

Все разражаются веселым смехом. И отец Алексей и матушка на всю жизнь оставляют в памяти это незабываемое посещение их владыкою...

-- Тут, когда я только приехал сюда, они нарядили меня в штатское... Я посмотрел на себя... Боже! Да за что же мне поругание такое?.. Ведь я же архиерей... Снял я это все... Не послушался их... Пусть, думаю, смеются, если смешно в этой стране долг свой исполнять как полагается... Да вот с тех пор так уж и хожу: в рясе и с волосами...

Владыка сидел с нами за столом в его монастырском доме в Саут Канаан и все извинялся, что угостить нечем -- Успенский пост.

-- Там на ферме, может быть, молоком и отцы духовные лакомятся, а я уж не привык...

Он хорошо смеялся, лицо его было розовое, хотя он был не совсем здоров. Но рассказывал с тем хорошим и простым малороссийским юмором, который заставил нас в присутствии владыки громко смеяться, а потом все время сдерживать себя и испытывать неловкость.

-- Они тут собрались у меня для наших духовных собеседований... Человек сорок отцов духовных... -- владыка вдруг делает страдательное лицо, правою рукою трет себе часть бороды и лохматит брови, попутно протирая глаза -- была у него такая привычка, когда он затруднялся выразить всю правду... -- Господи, прости меня! -- быстрый взгляд на божницу и отчаянный взмах рукою, из которого нетрудно было понять все его беспокойство... -- Это американская наша жизнь всех как-то сбила с пути... Я звал всех, особенно тех, кому надо бы еще поучиться, как молитвы читать, а не то что к Престолу Божию прикасаться... Ну приехали все более послушные, более грамотные... Вот мы тут и беседуем, повторяем, что забыли... ведь и семинарию-то погубили... Нет ничего для молодежи, а если бы была семинария -- куда их девать-то: и без того вон без приходов многие ходят... Горе одно!.. -- и опять движение руки по неповинной правой части бороды и мухлачение бровей. Видно, что болит душа, а высказаться нет возможности. Нет пользы. Иногда срывались возгласы, вздохи, но все кончалось обращением к божнице и покаянною молитвою: